Концерты
Новости
Пресс-конференция к открытию III большого фестиваля РНО
7 сентября в Москве состоялась пресс-конференция по поводу открытия III Большого фестиваля Российского национального оркестра (художественный руководитель - Михаил Плетнёв).
В пресс-конференции приняли участие директор РНО, генеральный продюсер Большого фестиваля РНО Олег Полтевский; специальный представитель президента РФ по международному культурному сотрудничеству Михаил Швыдкой; соучредитель Фонда Михаила Прохорова Ирина Прохорова, посол Израиля в России Доррит Голендер, участники концертов - автор текста к симфонии Бернстайна Самуэль Пизар и болгарская певица Веселина Казарова.
Особое внимание было уделено концерту 11 сентября, где будут исполнены Третья симфония Леонарда Бернстайна "Каддиш" и 13-я симфония Шостаковича "Бабий Яр".
Доррит Голендер: "11 сентября прозвучат два великих произведения, символизирующие судьбу еврейского народа - Холокост и судьбу народа в целом. Мир все больше подвержен терроризму, жестокости, поэтому он нуждается в объединении против этих сил. "Каддиш" - это молитва, которую отец читает 11 месяцев по смерти отца. Это и призыв спасти оставшихся в живых. Спасибо министру культуры РФ, который дал согласие на проведение столь значимого концерта".
Самуэль Пизар: "Во мне живут два человека. Один - тот, что пережил Вторую мировую войну в концлагере. И другой - который после этого учился в Гарварде и Сорбонне. Бернстайн был моим другом. Третью симфонию он написал в 1963 году незадолго до смерти Джона Кеннеди, а исполнена она была впервые через две недели после этого, и эмоции переполняли его. Он попросил написать к ней текст. Я постеснялся, не считая себя достаточно одаренным. Не хотелось быть жуликом. Хотя он говорил: "Ты столько пережил, только ты имеешь право написать этот текст". Он обращался с этой просьбой к нескольким писателям, но результат его не удовлетворил. В конце концов, он сам написал текст, хотя и говорил: "Музыка сильная, а текст у меня слабый". Его действительно критиковали за этот текст. И вот уже после смерти композитора, когда 11 сентября 2001 года произошло трагическое событие в Нью-Йорке, оно напомнило мне годы войны. И я написал текст. Это было очень трудно. Первый концерт, где я сам его читал, прошел с огромным успехом. Но я не думал, что придется исполнять это сочинение еще столько раз - в Берлине, Париже, Филадельфии... Его слышали тысячи и тысячи людей. Кто-то даже отметил, что мой текст придал этой симфонии новое дыхание. Бернстайн и Кеннеди были моими наставниками - один в музыке, другой в политике. В еврейской традиции, в отличие от христианства, можно спорить с Богом. А мне хотелось кое-что ему высказать".
И вы получили ответ от Бога?
Самуэль Пизар: "Когда я приступал к тексту, мои отношения с ним были не то чтобы очень. После 20-и концертов по миру я стал уважать Бога, хотя я не до конца верю, что я верующий. Главное, что ни один из многотысячной аудитории не сказал мне: как ты мог!.."
Если бы вы писали текст тогда, при жизни Бернстайна, он был бы таким же?
С.Пизар: "Нет, совсем другим. Я вставил в текст колыбельную, которую мне пела моя бабушка - она идет на фоне очень мягкой музыки. И это место оказалось самым сильным".
Какая музыка поддерживала вас в самые трудные годы жизни?
С.Пизар: "В Освенциме был оркестр заключенных. Когда мы шли на работу, они играли Моцарта, Бетховена, немецкие военные песни. Мне было 14 - 16 лет. А до этого я выучил все русские военные песни, я их все помню. Но главная по музыке - это моя жена, которая познакомилась с Бернстайном еще до меня; она меня музыкально образовала. Во мне так много музыки! У меня кончились слезы - я выплакал их еще тогда, во время войны. Но когда я слушаю "Евгения Онегина" - плачу, особенно на арии Ленского "Куда, куда..."
Написав текст, вы сами изменились как личность?
С.Пизар: "В стремлении найти верные слова я освободился от кошмаров тех лет, когда я потерял семью. И мне стало легче. Ведь после войны я учился, стал адвокатом - но кошмары оставались загнанными внутрь. И вот я свободен от них. И отношения с Богом стали лучше. И я уже готов к встрече с ним".
(Вопрос Ирины Прохоровой к С.Пизару). Самая большая проблема после войны - поиски языка. Есть формула: после Холокоста невозможно писать стихи. Как вы искали свой язык?
С.Пизар: "Я прошел ад Освенцима. Меня, конечно, скрутили, но я не сломался. Я, как животное, продолжал жить, инстинктивно реагируя на опасность. Это меня спасло. Когда я вышел на свободу - я стал другим человеком. Нагнал учебу, ведь я потерял шесть лет. Я понимал, что выжить физически недостаточно. Надо выжить морально, интеллектуально. Я стал цивилизован. Я стал интеллектуалом. Но во мне всегда жило два человека. И я писал текст с чувствами того молодого человека, прошедшего концлагерь, и публика это чувствует. Она понимает, что я не сказки рассказываю".
Вы всегда лично читаете свой текст?
С.Пизар: "Да, хотя готов передать эту функцию другому человеку. Мне это очень трудно. Моя бабушка погибла в Треблинке. И когда идет текст ее колыбельной, мне приходится очень концентрироваться - меня захлестывают эмоции. Я ни разу не сорвался, но это трудно. Бабушка много пела мне, в том числе "Спи, младенец мой прекрасный"... Я стараюсь представлять себе, что я не в зале, а в синагоге".
Олег Полтевский: "Идея исполнения симфонии Бернстайна в Москве принадлежит Михаилу Швыдкому".
Михаил Швыдкой: "Она родилась полтора года назад, а в августе этого года я встретился с Пизаром в Нью-Йорке, и мы решили исполнить симфонию к 10-летию теракта в Нью-Йорке, тем более что трагедии в Бабьем Яре тоже исполняется в эти дни 70 лет. Человечество объединяют боль и трагедия. И эта музыка прозвучит в память обо всех жертвах ХХ века, как поминовение. И в знак того, что жестокость можно победить только словом, искусством, любовью, а не злом. И люди культуры борются со злом ежеминутно".
Ирина Прохорова: "Я подхвачу идею социального пафоса. Гражданская позиция чаще всего ассоциируется с протестом и разрушением. Но борьба со злом - прежде всего созидание. Фонд Прохорова поддерживает институции, которые занимаются созиданием. К ним относится и Фестиваль РНО".
И все же: почему именно РНО пользуется вашей поддержкой?
И. Прохорова: "Жизнь свела. Уникальный оркестр, к тому же первый негосударственный. Создать его 20 лет назад, в ситуации всеобщей нестабильности, - это был поразительный шаг. Я считаю, что наша встреча - знак судьбы".
Веселина Казарова (говорит по-русски): "Я впервые в России, очень волнуюсь. В мире всегда думали, что я русская. Я этим гордилась. Русский язык очень музыкален; у русских великая литература".
(К В.Казаровой). В тех ариях Моцарта, которые вы будете исполнять 9 сентября, будет какой-то социальный подтекст?
В. Казарова: "Да, потому что мир очень хаотичен. В 1998 в музыкальном театре начались какие-то страшные вещи. Провокация в опере подается как раскрытие скрытых возможностей. Я говорила с секретарем одного известнейшего интенданта, и он сказал мне: "Нет, не скандального режиссера мы приглашать не будем!" Мне кажется, пройдет еще 2-3 года - и я уйду из оперы. Я ищу на сцене эстетику, идею. И не понимаю сегодняшних глупостей".
Вы что-нибудь споете на бис по-русски?
В.Казарова: "Арию Орлеанской девы из оперы Чайковского... До 1989 года в музыкальном театре был расизм - и я была первая, кто прорвался. Сейчас уже никто не думает, что славяне - "дураки". Про меня так вообще пишут что я - маньеристка. Да, славяне сегодня тоже могут сказать свое слово. Русских вообще отличает яркая индивидуальность, свой почерк. Сегодня певцы часто учат партию на слух, зарядив чье-нибудь исполнение на CD. Получается имитация. Но я даже когда по радио слышу русских - узнаю их. Я выступала с дирижерами Семеном Бычковым, обоими Юровскими - старшим и младшим, пела с Нетребко в 1997 - 1998 годах; в 1992-м в Венской опере пела с Атлантовым и Черновым, в 1993-1994 - много с Владимиром Черновым".
(К Полтевскому). Будет ли трансляция фестиваля?
О.Полтевский: "Благодаря филармонии будет интернет-трансляция - такая, как была во время конкурса Чайковского. Конечно, с согласия участников. Два концерта снимает телеканал "Культура".
Будут ли впоследствии повторяться наиболее удачные программы фестиваля?
О.Полтевский:"В этом сезоне мы повторим две программы Первого фестиваля РНО. Это полная версия "Пер Гюнта" с Василием Лановым (а в Красноярске, возможно, прочтет автор текста скрипач Алексей Бруни), а также сюита из "Лебединого озера", составленная Михаилом Плетнёвым. Плетнёв и на этом фестивале выступит не только как дирижер - будет исполняться его сюита из балета "Золушка" (в 2005 году за ее исполнение они с Мартой Аргерих получили "Грэмми"); кроме того, для концерта с участием Радзинского о Моцарте он, прочитав его книгу, составил цепь музыкальных фрагментов".
Будет ли продолжаться Большой фестиваль РНО в будущем?
О.Полтевский: "Он будет проходить ежегодно. Мы уже планируем его на следующий сезон. Например, на сцену одновременно выйдут Лондонский филармонический оркестр и РНО, дирижировать будет Юровский. Мы потом повторим этот концерт в Лондоне. Снова приедет Дзедда".
С.Пизар: "Я хотел бы кое-что добавить. Хотя симфония Бернстайна формально посвящена Кеннеди, здесь, в Москве, я мысленно посвящу ее тем советским и американским солдатам, которые героически спасли столько людей, в том числе и меня".
По материалам агентства "Турне"

























rnor.ru