Впервые с 2020 года на главной сцене Московской филармонии пройдет Фестиваль Российского национального оркестра. Его откроет грандиозная оратория «Песни Гурре» Арнольда Шёнберга. За 111 лет, прошедших со дня премьеры, это будет лишь пятое ее исполнение в России: два состоялись в 1927 году в Ленинграде, еще два в 2003-м в Москве и в 2019-м в Воронеже. «Песни Гурре» прозвучат 13 сентября – именно в этот день 150 лет назад, в 1874 году, родился Шёнберг. Его имя тесно связано с такими понятиями, как атональность и додекафония, но по духу Шёнберг был и оставался романтиком.

В первый период творчества он создал несколько позднеромантических шедевров, и «Песни Гурре» – наиболее масштабный из них, хотя и появился в эпоху совсем уже не романтическую. Оратория написана на стихи датского поэта Йенса Петера Якобсена, повествующие о датском короле Вальдемаре Аттердаге и его возлюбленной Тове, убитой по приказу ревнивой королевы Хедвиги. Гурре – название замка, где король встречался со своей возлюбленной. По легенде, проклявший Бога Вальдемар был наказан тем, что превратился в призрак «дикого охотника», который ночами проносится со своей свитой в окрестностях замка и не может обрести покой.

По музыкальному языку и по масштабу «Песни Гурре» ближе всего к операм Вагнера и симфониям Малера, особенно к Восьмой, известной как «Симфония тысячи участников». Правда, в выборе состава Шёнберг превзошел Малера: оратория написана для шести солистов, трех мужских хоров и одного смешанного, а также для оркестра, насчитывающего около 150 исполнителей. В премьере «Песен Гурре», состоявшейся 23 февраля 1913 года в Вене под управлением Франца Шрекера, участвовало 750 человек. Участников московского исполнения будет меньше – всего триста, но и это количество музыкантов станет для Зала Чайковского беспрецедентным.

Творческая история «Песен Гурре» непроста: музыкальный материал как таковой был закончен еще в 1900–1901 гг., однако потом Шёнберг подолгу не возвращался к сочинению и закончил оркестровку только в 1911 году. За десятилетие он существенно переменил почерк, создав такие сочинения, как Три пьесы для фортепиано, Пять пьес для оркестра, моноопера «Ожидание», далекие от позднеромантической эстетики; в 1912-м появился цикл «Лунный Пьеро» – одна из партитур, с которых отсчитывается история новой музыки ХХ века. Поэтому в 1913 году Шёнберг воспринимал «Песни Гурре» как пройденный этап и не слишком радовался успеху премьеры, которая стала его крупнейшим прижизненным триумфом.

В то же время, композитор знал цену своему сочинению и неоднократно дирижировал его исполнениями впоследствии: «Это произведение – ключ ко всему моему последующему развитию. Оно раскрывает меня с таких сторон, с которых позже я не раскрываюсь вовсе... Оно объясняет, почему потом все должно было так происходить,и чрезвычайно важно для моего творчества». Однако на премьере, по воспоминаниям очевидцев, в ответ на овации автор вышел на сцену лишь затем, чтобы поблагодарить исполнителей; к слушателям он так и не повернулся.

Любопытно, что три месяца спустя в Париже состоялась скандально известная премьера «Весны священной» Стравинского – еще одного великого новатора ХХ века. Но если «Весна священная» была обращена в будущее и до сих пор поражает свежестью, то «Песни Гурре» стали для Шёнберга последним взглядом в прошлое. Как пишет исследователь его творчества Наталья Власова, «аплодисменты публики предназначались совсем другому Шёнбергу – тому, каким он был десять лет назад... "Песни Гурре" можно считать подведением итогов романтического века – как в плане тематики и художественного мировоззрения, так и в отношении музыкальной выразительности и всего комплекса языковых средств».